Селебрити Страны восходящего солнца отпраздновали минувшее Рождество на свой традиционный манер: сейю закидали уютные блозики фотками в колпаках, мангаки "засрали" френдленту рождественским артом, а кое-кто записал обращение в лучших традициях ненаглядного ВВП!
Самое интересное можно увидеть в этой подборке.
Рождественский, очевидно, автопортрет мангаки Джунко Мидзуно.
А вот Королева Сейю Мэгуми Хаябашира записала еще одно видеообращение к соотечественникам.
На данный момент уже недоступное, к нашему глубочайшему с.
Праздничный видимо котик от дизайнера Акэми Такада.
Яна Тобоса и ее Демон-Дворецкий в образе "Демона-Санты".
Мангака Хидэкадз Химаруя, создатель всем известной Хеталии, подарил почитателям целую пьесу с участием своих персонажей.
Подробности можно узнать на его персональной страничке. Японский язык, разумеется, необходим.
Художник Джун Тсукаса опубликовал фотографию сексапильной дакимакуры "Санта Милфи-тян".
Милфи поступит в продажу уже на этой неделе.
Нарядная ёлочка от Минэ Ёшидзаки, создателя культового Keroro Gunsou.
А это уже домашнее фото Тошио Урукавы, сейю Эйса из One Piece.
Песик ну очень хороший.
Юки Мидорикава, автор Тетради Дружбы Нацумэ (Natsume Yuujinchou San), конечно же.
Яойное сёдзэ от мангаки Нагаму Нанаджи.
Олдскульный арт от мангаки Киа Асамия (Dark Angel, Silent Möbius)
Фанат под псевдонимом Котару прислал Кубо Титэ праздничный торт в честь любимого Bleach.
Самое трогательное Рождество приключилось у создателя Zero no Tsukaima Нобору Ямагучи.
В августе Нобору пережил сложнейшую операцию и вроде бы пошел на поправку, но все равно Рождество был вынужден праздновать в больничной палате.
"Всерьез полысевшим" - признался Нобору в твиттере. Немногим позже последовал позитив - папка Луизы не без гордости отписался: "Приходила моя девушка - подарила теплый свитер".
Ближе к вечеру множество отакунских веб-сайтов отписались об этом событии... очень по-отакунски.
Облысение автора никого не расстроило, и Рождество в больничной палате оставило равнодушным, а вот наличие у Нобору Ямагучи девушки всерьез всколыхнуло отакунские массы.
Нобору горько поржал. 
